06.04.2017

1984

- Отрывок из книги -
  • «Истеми»

    Издательство: Ad Marginem

    Оказалось, арест – вещь довольно забавная. Поначалу. Пока серьезные, удивительно похожие друг на друга лица, окружившие меня вдруг, были еще внове, пока понимание абсурдности происходящего не сменилось тоскливым ощущением реальности, каменной и неотменимой, пока я мог свободно чувствовать и думать – это было забавно.
    Они начали с обыска. Обыск занял двадцать часов, хотя все, что они искали – документы Каганата: дипломатическая переписка, донесения разведки, выдержки из годовых отчетов правительства – было свалено тремя расползающимися стопками на подоконнике. Еще одна папка лежала на моем письменном столе. Бумаги можно было собрать, аккуратно связать и упаковать в специальные брезентовые мешки, а потом мешки опечатать. На это ушло бы тридцать минут. То есть, полчаса. А остальные девятнадцать с половиной часов они могли бы пить пиво, например, а могли бы и водку. Мама сварила бы им картошки, нарезала колбасы и достала баночку соленых огурчиков. У меня мама удивительно готовила соленые огурчики: с чесноком, с укропом, иногда с вишневым листом, а иногда – со смородиновым. И вместо того чтобы возиться в пыли под диваном, простукивать стены и пол, двигать шкафы, снимать и не вешать на место книжные полки, перетряхивать мои книги, белье и старые тетради, они могли хрустеть огурчиками, обжигаться горячей картошкой, пить пиво и добродушно шутить друг над другом. А потом бы вздремнули немного. И все это время мешки с документами Каганата лежали бы спокойно опломбированными в углу комнаты.
    А потом бы они проснулись и довольные ушли к себе на службу. И меня бы с собой забрали.
    Они и так забрали меня с собой. Но ушли голодные, злые и невыспавшиеся. И я с ними ушел – голодный, злой и растерянный. Я ничего не понимал.
    Допросы начались несколько дней спустя. Майор Синевусов, круглый, изжелта-розовый человек, сочившийся то маслом, то ядом, покончив с формальностями, попросил меня нарисовать карту Запорожского каганата. Он положил передо мной бледно-голубую школьную контурную карту и красный фломастер, яркий и сочный.
    — Примерно так, – я вернул ему карту через несколько минут.
    Красная черта, отделявшая земли Каганата от сопредельных государств, прошла по южной и западной границам Болгарии, рассекла Румынию и Украину, чуть севернее небольшого пограничного городка Киев свернула к востоку. От места впадения в Дон речки Воронеж она пошла по руслу Дона и вместе с ним уткнулась в Азовское море.
    — Примерно вот так, значит… Значит, примерно вот так… – Поры Синевусова выделили порцию масла. Он протер платком лоб, щеки и шею. – Значит, это – Запорожский каганат?
    Я кивнул.
    — А где же столица? Почему вы не отметили столицу?
    — Умань.
    — Умань?
    — Два миллиона двести тысяч жителей. По переписи 1980 года. Умань.
    — Угу, – хмыкнул майор. – Можно отметить?
    — Конечно, – пожал плечами я.
    — Умань. Два миллиона двести… Ну, расскажите подробнее. Представьте, что я никогда об этом государстве ничего не слышал… Да оно так и есть на самом деле. Расскажите мне подробнее, – попросил майор.
    — Что же вам рассказать? – растерялся я. – Вот так, вдруг, о целом государстве…
    — А мы не торопимся. Куда нам спешить? Верно? Обстоятельно, в деталях. Начните со строя. Какой там общественно-политический строй?
    — Конституционная монархия.
    — Отлично. Значит, конституционная монархия? Как в Англии?
    — Не совсем. Английская королева, как известно, царствует, но не правит. А каган обладает реальной властью, и его власть передается по наследству.
    — Такая, значит, устаревшая форма правления у вас в каганате, – не то спросил меня, не то сделал вывод майор Синевусов.
    Я не стал с ним спорить, но уточнил:
    — Каган назначает премьер-министра, но утверждает кандидата парламент. Законы же принимает парламент, но утверждает их каган.
    — Вот я и говорю, – кивнул Синевусов, – устаревшая форма правления. XIX век. Кто же защищает интересы рабочего класса? Трудового крестьянства? А? Ну, ладно, об этом – после. Продолжайте. Численность населения? Ключевые отрасли промышленности.
    — Население – 118 млн. человек…
    — По переписи 1980 года?
    — Да.
    — Прекрасно. Ну-ну..
    — Территория – один миллион сто тысяч квадратных километров. Государственный язык – запорожский…
    — Даже так…
    — Денежная единица – гривна, государственная религия – иудаизм.
    — Евреи что ли у вас там живут?
    — Нет, запорожцы.
    — А религия – иудаизм?
    — Да.
    Майор тяжело вздохнул и смахнул со лба проступившее масло.
    — Ну, ладно… Итак, ваши запорожцы ходят в синагоги и рассчитываются гривнами…
    — Вообще-то, церковь в Каганате отделена от государства, но исторически сложилось именно так, как вы сказали. Большинство запорожцев – иудеи. Историю ведь не перепишешь.
    — Правда? – удивился майор куда заметнее, чем ему следовало бы по должности. – Это вы говорите мне?
    — А что, – оглянулся я, – здесь еще кто-то есть?
    — Не будем отвлекаться, – ушел от ответа майор. – Вернемся к запорожцам. Как много нового можно иногда узнать во время обычного допроса. Теперь об армии каганата. И о его международной политике.
    — Запорожский каганат – государство экономически и промышленно развитое. Доход на душу населения чуть больше тридцати тысяч гривен… Я не помню точной цифры, но в бумагах она есть.
    — Есть, – майор кивнул, подтверждая. – Сколько это в рублях?
    — Не знаю, – я пожал плечами. – В рублях мы не считали.
    — А в какой валюте вы считали? – В его вопросе глухо звякнул металл, а поры на шее и лбу вместе с маслом выделили яд. – В долларах? В марках? В израильских шекелях?
    — Запорожская гривна – твердая валюта. Пусть другие в ней пересчитывают свои доходы и бюджеты. Вы меня очень часто перебиваете…
    — Продолжайте, – сухо кивнул Синевусов.
    — Запорожский каганат – государство с крепкой экономикой и надежной промышленностью, – назло ему повторил я. – Развиты машиностроение, приборостроение, химия, сельское хозяйство. Армия – один миллион человек.
    — Один процент населения, – уточнил майор.
    — Примерно. В арсенале есть ядерное оружие, средства доставки любой дальности. Но в целом каганат – государство мирное и давно уже ни с кем не воюет.
    — Однако территориальные проблемы есть…
    Он знал, о чем спрашивал. Итиль, древняя столица Запорожского каганата, пятьсот лет назад была захвачена словеноруссами. Но воевать каганат не собирался.

    Первые допросы были похожи один на другой. Как-то я проводил консультации для школьников. Им предстоял экзамен, и я их консультировал. Школьники задавали вопросы, я отвечал на эти вопросы, а они записывали мои ответы и снова спрашивали. Вот и первые допросы были почти такими же, как те консультации. Я словно консультировал моего следователя, майора Синевусова. И ждал, когда же он перейдет к главному.

    Фото falco500